«Первый рояль Чайковского» и «железный» начдив В.М.Азин (История спасения и сохранения уникального инструмента из коллекции МАУ «Музей истории и культуры г. Воткинска» в годы революции и гражданской войны

Карпеева А.П.- заведующая

 научно-просветельским отделом МАУ

 «Музей истории и культуры г. Воткинска»

 

 

    2017 год – особый год в истории нашей страны, это год 100-летия революционных событий 1917 года. И хотя дискуссии о событиях того времени не прекращаются, исследователи сходятся в одном: революция имела всемирно-историческое значение и оказала влияние на судьбы всех народов мира. Но даже сейчас, спустя столетие, большая часть российского общества не готова к спокойной дискуссии на данную тему, не готовы к дискуссии  и наши  земляки – жители г. Воткинска, который  известен в первую очередь, как родина великого русского композитора П.И.Чайковского.

Но эта  «светлая, мажорная »  история  города тесно связана и с другой, звучащей в иной тональности – это  революция и гражданская война.  Можно привести только один факт, подтверждающий весь трагизм ситуации: в Воткинске, в доме, где в 1840 году  родился великий композитор, в 1918-1919 годах располагался штаб, как вспоминали старожилы, «то белых, то красных».  Город несколько раз переходил из рук в руки, и дом горного начальника, расположенный на берегу пруда, вблизи завода, рядом с одной из главных дорог, ведущих по направлению к Ижевску и Сарапулу, как нельзя более устраивал военных.

 События революции и последовавшей за ней гражданской войны, до сих пор болью отзываются в сердцах коренных жителей города. Это стало особенно понятно во  время подготовки и работы  в музее выставки  «Раскол», открывшейся   в  2008 году. Экспозиция  стала первой и единственной до настоящего  времени, где  впервые в истории Воткинска были представлены материалы о Ижевско-Воткинском  восстании  (8 августа -14 ноября 1918 года) и  о событиях апреля - июня 1919 года, когда Воткинск занял 16 Ишимский стрелковый  Сибирский полк.

Показателен такой факт: представители старшего поколения краеведов, старожилы города, после знакомства с выставкой, оказались по «разные стороны баррикад». Обмен мнениями  по поводу материалов, представленных в экспозиции, быстро перешел в жесткое противостояние, не терпящее компромиссов. И это не случайно, одни старожилы являлись потомками людей, принимавших участие в восстании, предки других – были бойцами 28  Азинской дивизии. С той, первой и пока единственной выставки, посвященной теме Ижевско-Воткинского  восстания прошло почти 10 лет, но позиция старшего поколения воткинцев не изменилась: «свои-чужие» - и  компромиссов быть не может.

Особый акцент на выставке был сделан на частных историях участников событий того времени. Уникальные предметы, свидетели эпохи, рассказывали о Ижевско-Воткинском восстании с разных сторон. Одним из таких «свидетелей» и стал рояль «Вирт», биография которого объединила «гения места» г. Воткинска – Петра Ильича Чайковского и Владимира Мартыновича Азина, красного комдива, одного из активных антигероев или героев (на его счет нет единого мнения) гражданской войны.

Казалось бы, музыкальный инструмент должен иметь больше отношения к истории музыки и музыкального образования в Воткинске, но случилось все  наоборот. Старинный  прямострунный рояль «Вирт»  стал своего рода символом трагических событий, происходивших в  Воткинске и  разделивших жизнь наших земляков на «до…» и «после…»,  но о событиях того тревожного времени  воткинцы предпочитали не рассказывать.

Поэтому «тихое» появление рояля «Вирт» в 1976 году  в коллекции филиала Удмуртского республиканского краеведческого музея в Воткинске (таким был наш статус на тот момент) был вполне в духе времени. И  «биография» рояля в этом отношении весьма показательна: свыше 50 лет его хранила семья воткинского портного  А.Н. Кожевникова.  Последний  владелец, родившийся  при «царе», отчего-то прекрасно разбирался в музыке,  сумел  дать  музыкальное  образование дочерям… Семья долгие годы хранила молчание о подробностях появления инструмента.

Дарительница – Алевтина Александровна Федорова не дала подробных пояснений для легенды о предмете, более того, она не оставила своих контактных данных (адрес, телефон), но поставила условие: за роялем будет ухаживать сама, при необходимости, настраивать инструмент. Как выяснилось в дальнейшем, Алевтина Александровна была музыкальным работником и до выхода на пенсию работала в детских садах города. Старейшая сотрудница музея К.К. Чебкасова вспоминала впоследствии: «Я помню хозяйку инструмента – невысокую сухонькую старушку «с манерами». Сразу чувствовалось, что она получила хорошее воспитание. У нее были очень тонкие музыкальные пальцы. Когда  инструмент устанавливали  в зале музея, она  внимательно наблюдала. Настаивала, чтоб под инструментом стояла ванночка с водой, никому не разрешала вытирать пыль с него, сама раз в неделю приходила и протирала инструмент, она говорила о том, что этот рояль принадлежал Чайковским, что его нужно очень беречь…  Семье, как  Алевтина Александровна неохотно уточнила,  он достался от какого-то инженера...»1.

Смотритель музея К.К. Чебкасова – коренная воткинская жительница (1912-2004), прекрасно понимала причины, почему Федорова не хотела ничего рассказывать о себе. Капиталина  Константиновна – «купеческая внучка», как она рассказывала о себе впоследствии, её родственники в 1919 году, как многие воткинцы «отступили с белыми», и их близкие больше не имели о них никаких сведений. Поэтому впоследствии только ей удалось «разговорить А.А.Федорову», чтобы получить небольшую информацию о рояле, именно ей  владелица сообщила, что рояль когда-то по словам отца принадлежал  семье горного начальника Чайковского.

Принимала инструмент и оформляла документы, научный   сотрудник музея Л.В. Аншакова, она не стала уточнять никаких подробностей о происхождении рояля, месте его бытования. Таким образом, инструмент долгое время был представлен в экспозиции, как музыкальный инструмент ХIХ века.

На одну из конференций, регулярно проходящих в 70-80-е годы ХХ века в Музее П.И.Чайковского была приглашена и В.Б. Городилина, создатель музея П.И.Чайковского в г. Алапаевске. Её особенно интересовала судьба «виртовских роялей»  на Урале, т.к. именно на рояле «Вирт» начинал играть будущий великий композитор  П.И.Чайковский. Приехав в Воткинск с докладом об истории бытования на Урале роялей  фирмы «Вирт»,  и, получив информацию о том, что в краеведческом музее есть старинный рояль, она немедленно отправилась «на разведку».

По словам К.К. Чебкасовой, Вера Борисовна тщательно изучала  и обмеряла рояль. У нее были с собой какие-то документы, с которыми она внимательно  сверялась. В результате проделанной В.Б. Городилиной работы выяснилось, что это самый ранний «виртовский» инструмент на Урале. Но  и эта  информация не стал отправной точкой для глубокого изучения истории экспоната.

    Время шло, многое изменилось в нашей стране,  и только  в 2000 году после  прихода  в музей  нового директора, искусствоведа Л.Ф. Павлуниной, которая, узнав о таинственной дарительнице, немедленно предложила действовать, т.е. приступить к изучению инструмента. В конце ноября 2003 года было направлено письмо в Государственный Центральный музей музыкальной культуры им. М.И.Глинки с просьбой  о помощи в атрибутация инструмента.  2 декабря 2003г. был получен ответ за подписью зав. отделом музыкальных инструментов Н.В. Милешиной, следующего содержания: «На вашу просьбу о наличии сведений о рояле "Вирт" N1935 сообщаем, что в архиве нашего музея имеется альбом "Рояли Вирта", составленный Верой Борисовной Городилиной, создателя и ныне консультанта музея П.И. Чайковского в Алапаевске. На основании альбома сообщаем, что рояль фабрики "Вирт" был изготовлен на фабрике И.К. Вирта в 1843 году в городе Санкт-Петербурге. О том, что рояль принадлежал семье Чайковских, точно утверждать нельзя, но по своему времени он мог быть у Чайковских, когда... Дальнейшая судьба этого рояля "Вирт" неизвестна, но возможно, что это и есть тот инструмент, о котором идет речь в вашем письме»2.

Учитывая все вышесказанное, 6 мая 2004 года накануне дня рождения П.И.Чайковского, была сделана первая публикация о рояле в местной газете «Воткинские вести»,3 7 мая на сайте «Музеи России» было размещено сообщение о первом рояле Чайковского4.

    Вплоть  до 2006 года информация о том, что наш  рояль «Вирт», возможно, самый первый музыкальный инструмент, связанный с детством будущего великого композитора П.И.Чайковского и оставленный семьей Чайковских при отъезде из Воткинска в 1848 году, оставалась все-таки красивой, но легендой.

    Хотя, многие факты говорили в пользу того, что в ее основе есть достоверные факты. Из переписки родителей будущего композитора -  И.П. и А.А. Чайковских, хранящейся в Доме-музее П.И. Чайковского в Клину, известно, что А. А. Чайковская с августа по ноябрь 1844 года находилась в путешествии в столицу России. (В настоящее время часть этих писем опубликована в сборнике  «Неизвестный Чайковский» (Москва, 2009)5. Известно  также,  что из этой поездки  А.А. Чайковская  вернулась не одна, а с  гувернанткой  Фанни  Дюрбах, которая была необходима подрастающим детям.  Кроме того, еще одной целью поездки Александры Андреевны в Петербург  была покупка  рояля, который нужен был для начала музыкальных уроков у детей.

    В этой части наша музыкальная история постепенно обретала вполне конкретные очертания, но как рояль оказался у Федоровых, от которых он поступил в музей?  Это по-прежнему было неизвестно. В  результате большой поисковой работы, к которой были подключены силы городской общественности, СМИ, в  сентябре 2006 года удалось найти одну из старейших жительниц Воткинска Тамару Александровну Шишову (в девичестве Кожевникову, 1915 г. р.), родную сестру   Алевтины Александровны Фёдоровой, которая вместе с мужем Василием Николаевичем  передала в дар музею в 1976 году рояль «Вирт».

    Тамара Александровна, как и ее сестра, Алевтина Александровна, также по профессии   музыкальный руководитель детского сада, родилась в семье известного в Воткинске портного Александра Николаевича Кожевникова, обладавшего хорошим слухом, любившего музыку – как и его супруга Александра Алексеевна. Александр Николаевич – сын потомственного мастерового воткинского завода  Николая Кожевникова, родился в 1877 году.  По словам дочери, Тамары Алексеевны, ее отец, как и многие  воткинские мастеровые,  с детства был «рукастым».  Но особенно прикипела у Александра Николаевича душа к шитью, что поначалу не слишком обрадовало родных, особенно главу семьи - Николая Ивановича Кожевникова, тот мечтал, что сын  будет работать на заводе, как и все мужчины в семье.  Но видя успехи Александра,  Николай Иванович  одобрил его решение Александра   профессиональным портным.

    Из Риги Кожевников выписывал модные журналы с выкройками. Здесь ему вручили диплом портного и подарили французские ножницы «с золотым винтиком». Слава о хорошем портном быстро разнеслась по Воткинску и за его пределами. К Кожевникову  приезжали заказчики из Сарапула, Ижевска, Осы. Его помощницей стала жена – Александра Алексеевна, брак с ней он заключил в 1901 году. Особенно хорошо у него получались военные шинели и церковное одеяние. Воткинские купцы и лавочники: Калашников, Катков, Нелюбин, Гуляев и другие советовались с А.Н.Кожевниковым по поводу закупки качественных дорогих тканей. А он в свою очередь рекомендовал своим заказчикам, где можно было купить хорошую мануфактуру. Именно тогда  А.Н.Кожевников особенно сдружился с  лавочником Василием Михайловичем Нелюбиным.  Они и жили поблизости, в 2 кварталах друг от друга, в  центральной (нагорной) части Воткинска.

    У Кожевникова был хороший слух и голос, не зная ни одной ноты, он мог подобрать по слуху на гармонике любую мелодию. К нему обратился в смутное время гражданской войны лавочник  Василий Михайлович Нелюбин, решивший покинуть город с отступавшими частями Белой Армии, с просьбой сохранить рояль, что стоял в его доме. Об этом инструменте В.М. Нелюбин говорил, что его купил в 1848 году от уезжавших Чайковских его отец, Михаил Нелюбин, и передал его по наследству сыну. Видимо, в это смутное время Василий Михайлович  только Кожевникову мог доверить свое главное сокровище – и Александр Николаевич не подвёл. Нелюбин спешно покидал Воткинск вместе с другими воткинцами, уходящими от ужасов гражданской войны. Взяв с собой самое необходимое, продукты, ценности, он оставил ключ Кожевникову  от своего большого одноэтажного дома на Заводской улице, стоящего вблизи заводоуправления.

    Для перевозки рояля из одного дома в другой, по словам дочери, Александром Николаевичем была продумана «хитрая операция». «Дело было в июне, вечера длинные, светлые, чтобы не вызывать лишних вопросов, приготовили подводу,  много рогожи  и со своим соседом и его сыном, взяв лошадь под уздцы отправился к дому Нелюбина. Вдали уже были слышны выстрелы, подъехав к дому,  открыли  дом, подкатили рояль к дверям…, а он тяжеленный.  В двери  не проходит.. Соседи – помощники предлагали перевернуть его, да быстрее и вытащить… Но отец ни в какую, вещь хрупкая, только бережно, только аккуратно… Кое-как  на тачке, что втащили в дом, вывезли  рояль, погрузили на лошадку, укутали рогожами и поехали домой… Соседи в домах  все  попрятались, на улице никого, слышна перестрелка, а они рояль везут… Договорились между собой, что если кто спросит, везут старую брошенную мебель на дрова… А «мебель» постанывает, это струны «плачут», хозяина вспоминают…».

    Деревянный, двухэтажный дом Кожевниковых, расположенный на углу Воробьевой улицы и Кладбищенского переулка - типичный дом мастерового Воткинского завода был просторным: зала, спальня, кухня, на 1 этаже швейная мастерская, где старший Кожевников работал и принимал своих заказчиков. Для   рояля  выделили почетное место в углу зала, ближе к окну. Как рассказывал Александр Николаевич дочери, соседи лишнего любопытства в это неспокойное время не проявляли, поэтому рояль спокойно установили в доме. 

    11 июня 1919 года  28 стрелковая дивизия, которую называли Азинской, по имени командира В.М.Азина, заняла Воткинск, который практически опустел. Большая часть населения покинула его, ожидая неминуемой расправы, до сих пор нет точных цифр, сколько человек «отступило» из Воткинска. По данным на 1913 год население Воткинска (без жителей окрестных сел и деревень, населявших территорию Камско-Воткинского горного округа) составляло 30 тыс. человек, в августе 1919 года, когда Н.К.Крупская посетила Прикамье, в т.ч. и Воткинск на агитационном пароходе «Красная звезда», населения здесь составилось около 5 тыс. человек.  В первую очередь уходили со своими семьями высокооплачиваемые квалифицированные рабочие, одновременно потерявшие и работу, уверенность в будущем…

    Штаб В.М.Азина расположился неподалеку от дома Кожевниковых, в следующем квартале, на углу Ереминой улицы  и Кладбищенского переулка, в просторном доме лесничего Азябина, который с семейством также оставил родной Воткинск. Обратимся опять к воспоминаниям Тамары Александровны – дочери портного: «Когда Азин расположился в штабе, очень скоро он узнал, что рядом дом хорошего портного (моего отца), видимо кто-то донес. И утром (вероятно, это было 12 июня), он был у дома Кожевниковых. На нем была надета теплая черная бурка (об этой бурке, которую он носил даже летом, сохранились многочисленные воспоминания очевидцев), рядом стоял ординарец. Постучавшись, он зашел в дом и сказал, что хотел бы заказать шинель. Видимо, разведка доложила, что  Кожевников справится с этой задачей особенно хорошо.  Отец предложил Азину войти в дом, провел его в мастерскую, снял мерки, ординарца отправили в лавку Калашникова  на соседнюю улицу за материалом. Кто-то из приказчиков мануфактурной лавки  оказался на месте, поэтому вскоре  ткань принесли, а отец принялся за работу. Азин продолжал терпеливо ждать, к нему с донесениями приходил ординарец, здесь же они что-то обсуждали. А потом Азин, спросив разрешения, поднялся наверх, в залу. Мама, Александра Алексеевна поставила самовар, стала угощать гостя чаем. Как вспоминал Александр Николаевич, очень боялись, как бы всё в доме не разнесли красноармейцы, они  имели обыкновение в брать без спроса любую вещь, что понравится… Но Азин приказал даже в доме не шуметь и по сундукам не шарить… Находился в доме долго, до вечера, пока шла работа… К ужасу родителей, когда в доме не было красноармейцев, которым командир дал какие-то поручения, он стал рассматривать залу, и обратил внимание на рояль… Открыл крышку, стал «перебирать клавиши», стал напевать «Вихри враждебные веют над нами…», сказал что это правильная революционная песня «Варшавянка», а затем   спросил отца  о появлении инструмента…возникла пауза… Кожевников не знал, что ответить…  «Привез от лавочника - тот враг, заработал деньги и купил сам рояль, значит  и сам буржуй…».  Но Азин допытывается не стал, отметил, что хороший портной - профессия уважаемая и нужная трудовому народу, а что рояль в доме стоит, так это хорошо… Война закончится, у всех рояли будут… И засмеялся… Потом подумал и написал какую-то бумагу, которая долго хранилась в семье, где было сказано, что А.Н.Кожевников купил рояль на трудовые деньги и изъятию  не подлежит»6

Эта бумага пригодилась много раз, когда в дом к Кожевниковым приходили представители новых властей. «Уплотняли» владельцев домов, излишки площади передавали  созданному в Воткинске в 1924 году ЖАКТу. «Жактовскими» стали большинство просторных домов воткинцев, а те из владельцев, кто не хотел передачи своего  жилья  жилищному товариществу, спешно перестраивал просторный дом. Так в городе появилось огромное количество одноэтажных домов на три окна с террасой. Жильцов такого дома не уплотняли… Но «азинская» бумага и тут выручила Кожевниковых, их не коснулось «уплотнение». Семья, где было 5 детей, осталась в родном доме.

    Тамара Александровна хорошо помнит, что в 1933 году к ним в дом постучался какой-то пожилой человек, он негромко назвал имя Кожевникову, открывшему  ему ворота. После этого гостя пригласили в дом, напоили чаем, и повели в залу, где стоял рояль. Он бережно приподнял крышку инструмента, коснулся клавиш и заплакал… Это приехал на родину из Семипалатинска, куда его «загнала» судьба, как рассказал о себе В.М. Нелюбин. Убедившись, что рояль в хорошем состоянии, он смущенно спросил не купит ли его Александр Николаевич  для своих дочерей? «У меня сейчас и своего дома нет, … снимаю угол в Семипалатинке, рояль уж там совсем ни к чему…», - Кожевников сказал, что как обещал, он рояль сохранил, но вещь дорогая и у него нет таких денег, чтобы заплатить за него. Нелюбин помолчал, и сказал: «Значит, так тому и быть, пусть останется в Воткинске, когда время придет, при твоей жизни или при детях уже, отдай его в музей…  Рояль отец купил у горного начальника Чайковского, это ценность великая…». Больше Нелюбин в Воткинск не приезжал.

    Дочери, Тамара и Алевтина, унаследовали от своего отца и сам инструмент, и любовь к музыке. Вот только историю появления инструмента в доме не рассказывали никому, Александр Николаевич Кожевников умер после войны в 1949 году, перед смертью наказав, дочерям, чтобы исполнили волю Нелюбина, и когда придет время, непременно передали бы рояль в музей. У Алевтины, когда она вышла замуж, родились 2 дочки, они впоследствии учились в музыкальной школе, поэтому на семейном совете решили отдать рояль в ее семью. Так он оказался у Федоровых, а когда  дочери выросли и уехали из города, к ним решили переехать и постаревшие супруги Федоровы, н перед отъездом Алевтина Александровна решила выполнить волю отца – передать рояль в музей.

    Тамара Александровна Шишова (Кожевникова), обладавшая абсолютным слухом, рассказала сотрудникам музея в 2004 году, что  «голос», рояля в своё время перекликавшийся с «голосом» главного колокола Благовещенского собора (где в 1840 году был крещён П.И. Чайковский). Звук колокола был превосходно слышен в доме, собор находится также очень близко от дома Кожевниковых.

    Таким образом, изучая историю музейного экспоната, удалось приоткрыть одну из страниц истории Воткинска. Особенный интерес вызывают  реалии революционной повседневности  на примере жизни семьи Кожевниковых-Шишовых, хранителей рояля;  особенности их социальных взаимодействий в период революционных событий и гражданской       войны на территории Воткинска. 

    Наше исследование в основном было построено  на  методе устной истории, что в последнее время получило достаточно широкое распространение в исторической науке, в нашем случае это обращение к памяти об истории революции и гражданской войны.  Конечно, здесь перед исследователями стояла непростая задача: необходимо было сопоставить факты, указанные в воспоминаниях с событиями и фактами, постараться отделить объективную часть воспоминаний от позднейших наслоений, пропущенных через призму восприятия непосредственных очевидцев и участников событий. Кроме того, мы имели дело с воспоминаниями, полученными из «вторых рук», что также затрудняло задачу, так в биографии уникального инструмента нам удалось проследить трагедию и величие времени.

 

 

Литература и источники:

 

1.     5284 – ВМИК. Дело о реставрации рояля  «Вирт», принадлежащего семье П.И.Чайковского,

2.      5284 – ВМИК. Дело о реставрации рояля  «Вирт», принадлежащего семье П.И.Чайковского.

3.     Скачкова А. Рояли Воткинска, - «Воткинские вести», № 61-62, 6.06.2004

4.     http://www.museum.ru/N18214  «Первый рояль Чайковского?» -  7 мая 2004г

5.     «Неизвестный Чайковский», научный ред. и сост. П.Е. Вайдман, Государственный Дом-музей П.И.Чайковского, М.,2009,с.58-59,

6.     5284 – ВМИК. Дело о реставрации рояля  «Вирт», принадлежащего семье П.И.Чайковского.