«Немецкий след» в истории Воткинска» (А.А. Иосса и Воткинский завод)

А.А.Карпеева - заведующая научно-

просветительским отделом МАУ

«Музей истории и культуры г. Воткинска»

 

 

 

«Вера в будущее России, всегда жившая во мне, прибывала и окрепла от близкого знакомства с Уралом...»
Д.И. МЕНДЕЛЕЕВ

 

Эти слова, сказанные русским учёным-энциклопедистом  Д.И. Менделеевым после посещения Урала в 1899 году, как нельзя более точно передает  особенный «норов»  нашего региона. Исторически  так сложилось, что Воткинск всегда был неотъемлемой частью  горнозаводского, мастерового и мастеровитого многонационального Урала. С начала ХVIII века здесь трудились и немцы, «понаехавшие» по приглашению Петра I, а затем и Екатерины Великой. Изначально они относились  к  работе на  новой Родине не как временщики, а как «благодарные подданные великой России».

Уже в первые десятилетия существования Воткинского завода (1773, 1783 гг.) здесь побывали российские немцы – ученые исследователи  Петр Симон Паллас  и  Иван Филиппович  Герман, оставившие нам первые описания предприятия. [1]

Но если в ХVIII веке Воткинск только посещали с научными и исследовательскими целями  «наши немцы», то позднее, в ХIХ веке они  здесь  жили и работали.  Об одном из них следует рассказать подробнее – это горный начальник Камско-Воткинского горного округа – Александр Андреевич Иосса. Он  являлся  представитель славной династии российских горных инженеров,  совместивший  в себе черты  ученого,  исследователя, администратора.

 Семья Иосса вела свое «родословие» из гессен-дармштадских дворян Иотца, приглашенных в Россию Екатериной Великой. В конце ХVIII века Габриэль (Григорий) Иотца-Иосса управлял Юговским медеплавильным заводом в районе современного Донбасса. Его сын Андрей Григорьевич Иосса, окончив в 1797 году Горное училище в Петербурге, был направлен на Богословские заводы. Горную службу выбрали четыре его сына – Григорий, Александр, Николай и Павел. Все они успешно окончили училище, ставшее при них Горным кадетским корпусом, и  продолжили династию горных инженеров и ученых.

В истории горного дела Урала наиболее известны 2 брата – Григорий и Александр, которых связывали не только тесные родственные, но и научные интересы.

Григорий Андреевич Иосса (1804-1874) после  окончания Горного кадетского корпуса и двухлетней практики 1 января 1823 г. был назначен смотрителем казенного железного рудника горы Благодати.  Здесь он занялся исследованием способов обработки сырой платины.  В 1829 году, горное ведомство отправило молодого инженера для обучения в Фрейбергскую академию в Германии.   Вернувшись  в 1832 году на Родину, Иосса получил в Горном Корпусе кафедру металлургии, где в течение 25 лет был профессором.  В своих лекциях, он умел сосредоточить внимание слушателей на самом существенном и внушить им ту же искреннюю любовь к горному делу, которая воодушевляла его самого. [2]

В 1857 году Г. А. Иосса был назначен директором Горного Департамента Царства Польского.  В 1861 г. он  вернулся в Петербург и до самой смерти не переставал принимать деятельное участие в делах горного ведомства, в качестве члена Горного Совета, Горного ученого комитета и совета Горного Института. С особенным вниманием относился Григорий Андреевич  к горным делам Царства Польского. Среди серьезной деятельности  находил время писать юмористические стихотворения, заниматься живописью, следить за драматическим искусством.

С  Воткинском наиболее тесно был связан Александр Андреевич Иосса. Он родился 19 (31) декабря  1810 в Богословском заводе Пермской губернии, в 1829г. окончил Горный кадетский корпус и  начал службу на Гороблагодатских заводах. Уже в 20-летнем возрасте  получил должность смотрителя Кушвинского завода, затем стал помощником управителя, а в 1836 году был переведен в Златоустовский горный округ.

Златоуст стал свидетелем его становления – и как ученого исследователя, и как руководителя. Иосса, поистине,  был неутомим: он проводит опыты в Миасской долине по лучшему извлечению золота, получил пост помощника управителя Саткинского завода, затем исполняющего должности управителя Златоустовского завода и управителя Артинского завода. Известность принесли ему новые технологии – так, в выплавке железа он ввел новый, более производительный и экономичный, «контуазский» способ.

В 1847 году талантливого  инженера отправляют в двухлетнюю командировку на лучшие заводы Германии, Англии и других стран, которая позволила ему оценить новые возможности и продолжить техническую реконструкцию металлургических заводов в России.

 В октябре 1849 г. Александра Андреевича назначают управителем Воткинского казенного завода, где он энергично приступил к внедрению газопудлингвания. В 1850 году под  руководством Иоссы на заводе  построена первая на  Урале газопудлинговая  печь. Её устройство было значительно проще, газоугольной печи, построенной ранее, в 1843 году. Не было необходимости строить сложную газовую камеру-генератор, пространство печи ничем не отличалось от  обычной пудлинговой. Для предварительного подогрева чугуна имелись три камеры. Дрова не горели, а тлели, что достигалось уменьшением естественного притока воздуха. Газ, встречаясь в рабочем пространстве печи с нагретым воздухом, сгорал. Печь не требовала больших затрат на починку, была проста в обращении. Начальник завода В.И. Романов подчеркивал, что при  газопудлинговании  Воткинскому заводу леса хватит не на 30, а на 90 лет. С современной точки зрения работы эти были ориентированы и на сохранение природных ресурсов края. [3]

В июне 1851 года А.А. Иоссу переводят горным начальником Златоустовских заводов, Это было  сложное время для страны,  накалялась международная обстановка, столкновение политических интересов Англии, России, Австрии и Франции на Балканах и Ближнем Востоке было неизбежным.  Со своей стороны, турки хотели взять реванш за все свои предыдущие поражения в военных конфликтах с Россией. Чтобы не допустить усиления влияния России, в 1853 году Францией и Англией был заключен тайный договор, целью которого являлось противостояние интересам Российской короны, которое заключалась в дипломатической блокаде. Российская Империя разорвала все дипломатические отношения с Турцией, в начале октября 1853 года начались боевые действия.

В этих условиях Урал и уральские заводы, как всегда становятся «опорным краем державы», где  в прямом смысле «куют металл победы».  И здесь, в Златоусте, А.А.Иосса, продолжая традиции ученого-металлурга П. П. Аносова,  много сделал для совершенствования пудлингового, сварочного и доменного производств. Он проводил теоретические исследования процесса пудлингования, применил газ в сварочных и пудлинговых печах и каменный уголь – в доменном производстве.

Неудача в Крымской кампании (1853-1856) послужила началом перевооружения русской армии. Делом первостепенной важности стало налаживание сталепушечного производства и усиление мощи военных кораблей. В решении этой задачи А.А. Иосса принял самое активное участие, но уже на  Воткинском заводе в качестве горного начальника, на должность которого он заступил в марте 1855 года. Воткинский завод  к этому времени был широко известен не только в России, но и за рубежом, поэтому получить назначение сюда было очень престижно. А.А. Иосса, вновь вернувшись в Воткинск, энергично взялся за дело, при нем продолжает развиваться судостроение, завод превращается в своеобразную Школу Мастерства, куда направляют многочисленных учеников с других заводов Урала и России.

Одним из знаковых дел, с которыми  А.А.Иосса вошел в историю не только завода, но и России, стало изготовление каркаса  шпиля Петропавловский крепости в Санкт-Петербурге.

Такую работу на тот момент  могли выполнить в мире только английские мастера, либо воткинские, Правительство  приняло решение, что такую  важный заказ  не могут  выполнять иностранцы, тем более англичане,  речь шла о престиже России. С Воткинским заводом был хорошо знаком и император Александр II,  в юности  посетивший его.

В конце декабря 1857 г. в Воткинск прибыл из Петербурга автор проекта металлического шпиля ученый и инженер, основоположник расчета в мостостроении Д.И.Журавский и его помощник  Рехневский.

 А.А. Иосса перевел на ответственный заказ лучших мастеровых. По его предложению для прокатных валков были отлиты чугунные шестерни с прибавлением в чугун 1,3% меди.  Такие шестерни в сочетании с особыми валками оказались очень прочными. Их применение и позволило в кратчайшие сроки приготовить железо в требуемом объеме.

Через некоторое время каркас собрали на заводском дворе – знаковый момент!  Он взметнулся на высоту 159 футов (48,5 м), основание шпиля в виде равностороннего восьмигранника было сделано из полосового железа. Каркас разобрали и погрузили на баржу. 2 мая 1858 года она вышла из Воткинска, на борту был горный кондуктор  И.Девятов и 29 мастеровых.

К установке шпиля на колокольню приступили 30 июля, а 10 октября того же года сложную и трудоемкую работу закончили. Все конструкции были изготовлены и собраны мастерами вручную. Расходы по прокату металла, сборке и разборке каркаса в Воткинске, доставке в Петербург и установке на месте составили  28 259 рублей. (В некоторых источниках – 26 662 рубля). Из них на изготовление металла и сборку остова на заводе ушло 19 тысяч 248 рублей. [4]

В целом было отмечено, что «завод выполнил все работы в отличном виде и произвел сборку и установку остова на колокольне присланными для сего нарочно из завода мастеровыми и рабочими за цену несравненно низкую против требований местными заводчиками». Мастерство рабочих Воткинского завода было по заслугам оценено. Они получили денежное вознаграждение и медали. Горный начальник завода Александр Андреевич Иосса получил за выполненную работу  бриллиантовый перстень с «вензелем Императорского Величества Именем».

А.А. Иосса вошел в историю и как строитель первого в России завода по производству броневых плит для кораблей и береговых укреплений – это Камский  броневой завод.  Первое в России специализированное предприятие по производству броневых плит для обшивки кораблей и береговых укреплений, действовало  с 1863 года. Следует отметить тот факт, что в истории его  строительства и  производства много неточностей и несоответствий, даже дата его закрытия, по данным некоторых источников это 1869 год, а по данным ЦГА УР – 1879 либо в 1882 году, расхождение более, чем в 10 лет! [5]

Основан завод был на берегу реки Камы, в 20 верстах от Воткинского завода. Инициатива строительного завода исходила от Морского ведомства, адмиралов Е.В. Путятина и А.А. Попова, активное участие, непосредственно на месте принимал горный начальник Камско-Воткинских заводов, А.А. Иосса. Завод строился по проекту выдающегося русского металлурга-новатора Василия Степановича Пятова, изобретателя высокопроизводительного прокатного стана для приготовления 4-х дюймовых (10,16 сантиметров) броневых плит прокаткой с последующим химико-термическим упрочением (цементацией) их поверхности, тогда как во всем мире тогда применялась только ковка железных плит паровым молотом. Прокатный стан Пятова явился прообразом современных блюмингов и слябингов. Предполагалось, что прокатка брони на заводе будет вестись по способу Пятова. Руководил строительством завода горный инженер П.И. Меллер, знакомый с западноевропейским опытом производства броневых плит.

Главное здание прокатной фабрики было сооружено из металлических арок, по свидетельству современников, «гигантских» размеров. Как сообщал профессор И.А. Тиме, «это было первое вполне металлическое сооружение на Урале», а установленный в нем прокатный броневой («блиндажный») стан принадлежал «к числу самых больших существующих прокатных станов».

Однако, по свидетельству современников, работы велись по старому методу. Броневую плиту (причем каждая имела индивидуальную форму и размер), сваривали из нескольких листов железа: два раскаленных добела листа накладывали друг на друга и проковывали. Чтобы таким образом сварить листы по всей площади, приходилось прокаливать их несколько раз. Затем на два сваренных листа накладывался третий, четвертый, и так, пока не получался «пакет» нужной толщины.

Основным дефектом при таком методе были пузырьки, образующиеся на поверхности раскаленных листов. Чтобы их вскрыть, рабочие вставали парами (один с зубилом, другой с молотком), и на бегу один наставлял на пузырь зубило, другой бил молотком. Задержаться не давал нестерпимый жар, к листу подбегала следующая пара.

В данном случае мы видим сочетание  новейших методов и технологических изобретений с  устаревшими, уже отжившими свое производственными приемами.

Прочность брони испытывалась стрельбой. Около завода на Волковском поле действовало артиллерийское стрельбище. Результатами стрельб, проходивших в присутствии комиссии, фотографировал для отчетов Д.Н. Корляков. Стреляли по плитам Камского завода и английским – фирмы «Кэмпбэлл». В одном из отчетов было записано: «…преимущество брони Камского завода перед английскою… состоит именно в лучшей сварке ее и большему сопротивлению проникновения снарядов».

 В 1867 г. на заводе имелись цеха: пудлинговый, сварочный, блиндажный, рельсовый, кузничный, механический, литейный, рельсовый отделочный, столярный и пр. Лесные материалы, необходимые для его производств, завод получал из лесных дач Воткинского завода, чугун поступал с Гороблагодатских и Вятских заводов. Камский броневой завод имел высококвалифицированную рабочую силу и технический персонал. На 1 января 1864 г. на нем насчитывалось 487 работников. В 1867 г. в работах на Камском броневом заводе было занято до 658 человек, преимущественно из обывателей Воткинского завода.

Кроме  броневого  прокатного стана, в 1863-1864 годах на заводе были установлены 6 пудлинговых, 5 сварочных и 2 калильные печи, 3 паровые машины — мощностью в 200 лошадиных сил, 25 лошадиных сил и 12 лошадиных сил, 2  локомобиля мощностью по 10 лошадиных сил каждый, 6 паровых котлов, 2 паровых молота в 500 и 110 пудов, различные механические устройства, металлообрабатывающие станки. Для отливки разных чугунных припасов и вещей были поставлены 3 отражательные печи, причем одна из них была «огромных» размеров и позволяла изготовлять чугунные отливки весом до 3000 пудов. [6]

Завод изготовлял броневые плиты, железные амбразуры по заказам Морского министерства. Броневые плиты поступали на обшивку военных кораблей, береговых вращающихся башен, на амбразурные щиты для Кронштадтских крепостных укреплений. Камской броней были одеты    плавучая батарея «Адмирал Попов», канонерские лодки «Русалка» и «Чародейка», крейсеры «Адмирал Лазарев», «Адмирал Чичагов», «Адмирал Спиридов», «Адмирал Грейг». В связи с пуском Ижорского завода, на котором также изготовлялся броневой металл, потребность в плитах Камского броневого завода сократилась. Транспортные издержки оказались высокими, и завод был признан нерентабельным. С 1866 г. завод перешел на 2-й профиль – производство рельсов для Николаевской и Нижегородской железной дороги. По причине дороговизны и этот профиль себя не оправдал. Завод занимался также выделкой котельного и других сортов железа по заказам частных лиц и на вольную продажу.

 Продукция завода экспонировалась на международной  выставках в Париже (1867), где  внимание специалистов привлекла стальная плита толщиной 114 мм Камского броневого завода. Она была испытана стрельбой из 60-футовой пушки стальными и чугунными ядрами с расстояния 100 м.

При А.А. Иоссе в начале 60-х годов ХIХ века было начато производство стали бессемеровским способом, для этой цели были устроены бессемеровские реторты для загрузки чугуна емкостью сначала в одну, затем в три и пять тонн с устройством парового подъемного крана для разливки жидкого металла по изложницам. Непосредственно проведением опытов горный начальник поручил старшему сыну Александру. Ваграночную мастерскую оборудовали ретортной системой из Англии и воздуходувкой из Германии. Для изучения технологии бессемерования Александр Иосса-младший (1841-1907), он  побывал на заводах Германии и Бельгии, его опыты бессемерования оказались успешными.

Большого распространения бессемерование на заводе не получило, так как спустя несколько лет впервые на Урале, в Воткинске, а затем и по всей России начал распространяться наиболее производительный и более дешевый способ, обеспечивающий и более высокое качество стали, — мартеновский.

В октябре 1863 года Александр Андреевич переезжает в Екатеринбург, где он назначен на должность начальника горных заводов хребта Уральского, в этой должности он состоял до 1870 года. А.А.Иосса оставил по себе добрую славу и в Екатеринбурге.   Он вошел в число учредителей Уральского отделения Русского технического общества, которое занималось рассмотрением  новых технических устройств и технологий, новшеств металлургии Урала;  поддерживал и работу Уральского общества любителей естествознания (УОЛЕ) – одного из самых известных, «продвинутых» любительских научных объединений в стране. Проект устава УОЛЕ подписал именно А.А.Иосса.

В 1870г. он переезжает в столицу, где занимает должность председателя Горного ученого комитета. В его «активе» - множество печатных трудов по технологии выплавки чугуна и стали.

На Александра Андреевича всегда возлагали  особые  поручения. В 1872 году он участвует в Статистическом Международном Конгрессе, в 1875 году проверяет горные заводы и промыслы царства Польского. В 1876 г. принимает деятельное участие в организации горного отдела России на международных выставках в Филадельфии и Брюсселе, где широко был представлен Урал, в том числе и Воткинский завод (Большая бронзовая медаль).

Строгий к себе, исполненный сознания долга, ровный в обращении с подчиненными А.А. Иосса оставил о себе яркую память. Его жизнь – пример служения Отечеству.

В 1891 году в результате болезни  Александр Андреевич ушел в отставку, скончался 2 января 1894 года.

 

 

Источники и литература:

 

1.Воткинск. Летопись событий и фактов, Устинов, 1985.

2.Моисеев А. П. Немцы на Южном Урале, Челябинск, 2013.

3. Фонды МАУ «Музей истории и культуры  г. Воткинска», материалы из личного фонда  основателя музея В.Н.Ступишина.

4. Ступишин В.Н. «Воткинские были», Ижевск, 1959 г.

5. http://libinfo.org/index/index.php?id=104677  Материалы ЦГА УР, ф. 259, Камский броневой завод.

6. Материалы «Горных журналов» - копии, сделанные В.Н.Ступишиным при подготовке книги «Воткинские были».